Хроники Агелидинга. Хранители Вечности
Мою электронную книгу «Хранители Вечности» вы можете приобрести по следующей ссылке.
«Раньше я думала, что время жестоко. Оно убивает людей, стирает в пыль дома и города, превращает в небытие целые миры. Но что если оно не может иначе? Что если сила времени – его проклятие? Оно любит своих детей, своих учеников и плачет каждый раз, когда кто-то из них погибает. Быть может, время – самая несчастная сила на Земле?»
Шейна Андерсен.
Глава 1. В поиске
Иногда смотришь на человека, и кажется, будто его здесь и нет на самом деле. Словно он сейчас где-то очень-очень далеко, витает в каких-нибудь запредельных облаках – клубах собственных мыслей, воспоминаний и надежд на будущее. Частенько мы все уносимся в эти далёкие от нашего мира края, притягательные и такие желанные. Порой подолгу ныряем в пучину своих невоплощённых грёз. И ещё чаще осознаём, что уже не в силах вынырнуть обратно. Со мной такое тоже бывало… И как же всё-таки хорошо осознавать тот факт, что я давно поставила огромный, тяжеленный крест на всех своих несбывшихся мечтах разом!
А вот тот, кто сейчас рассматривал мои документы, время от времени бросая мимолётный взор на неказистую блондинку-неудачницу, кажется, так и не разучился отключаться от действительности. Мужчина, коих в этом здании я больше не видела, делал вид, что вчитывается в одну из ненужных бумажек, принесённых мной не так давно. Но глаза, эти самые пресловутые зеркала души, выдавали его с потрохами. Мистеру Финчу, как он мне представился, было всё равно, кто я и что собой представляю. Нет, судя по всему, работа начальника многофункционального центра волновала его куда меньше, нежели чашка горячего виктинского кофе – её он запросил у секретарши ещё десять минут назад и всё время, пока мы здесь сидели, оглядывался на дверь. В надежде наконец заполучить свою порцию бодрящей утренней энергии, не иначе…
— Итак, что тут у нас? – мистер Финч изучил ксерокопию моего аттестата и, чуть сморщив свой угловатый нос, пробормотал привычным директорским голосом. – Год выпуска 8150-ый. Так-с… Одиннадцать классов средней общеобразовательной школы Агелидинга. А в наш универ поступать не стали, да?
— Не хватило ума, — ответила я, так и не решив, был ли в моих словах сарказм или нет.
— Ну-с… А что у нас с опытом работы?
Опытом работы? Какой ещё опыт, если я окончила школу только полгода назад! Нет, этот тип меня действительно раздражал. Не то, чтобы я в последнее время начинала ненавидеть всех подряд, попавших в моё поле зрения, но этого… человека я могла прочитать как открытую книгу. Самовлюблённый, холёный, думающий, что начальник отделения соц. обеспечения – тоже королевский титул. И почему я постоянно наталкиваюсь на таких? Порой кажется, что в этом мире все, каждый первый, поголовно стараются показать людям свой «прославленный статус».
«Да уж, — пронеслось в мыслях, когда я ответила на очередной неинформативный вопрос Финча. – А чего ты хотела, дорогуша? Прийти на собеседование и первым словом сразить всех наповал? Это жизнь, а её правила – в подавляющем большинстве запреты и указы. Ты бросила институт – теперь терпи. Да и внешностью ты не вышла, так что сиди тихо и помалкивай».
— Ну наконец-то! – запеленговав секретаршу, начальник быстро положил мои документы на край стола и почти силой забрал у неё кружку кофе. «Хорошо, что не бросил бумаги на пол», — мысленно произнесла я, чем даже себя немного рассмешила.
— Виктинский кофе – это чудо, — сказал он, как бы невзначай подмигнув секретарше и всё теми же «зеркалами души» попросив её поскорее удалиться из кабинета.
— Так что с моим резюме?
Изредка интересоваться своей судьбой, особенно когда прикладываешь столько трудов, — вот моя ахиллесова пята.
— Ну… думаю, мы вам звякнем, когда обговорим всё с коллективом и рассмотрим любые возможные кандидатуры.
О, я прекрасно знала, что означают эти слова. Гуд бай, Шейна! Что же… Соболезную себе. Впрочем, не велика беда – с таким типом я бы не хотела больше встречаться. И уж тем более варить ему кофе каждый божий день.
— Прощайте, — прибавив к тону показной деликатности, произнесла я, забрала в охапку собственные документы и покинула кабинет. Эх, а так хотелось сказать: «Увидимся в аду!». Не сегодня.
И как люди вообще терпят подобное? Приходишь устраиваться на новую работу, а на тебя смотрят как на товар. Оценивают, придираются, взвешивают твои достоинства и недостатки как на рынке. После этого чувствуешь себя… как бы сказать так, чтобы не ляпнуть лишнего? Существом лёгкого поведения с обочины. И ведь это считается нормой!
Ладно, я опять ною. А сколько раз обещала этого не делать? Как минимум МНОГО. К счастью, кабинет забылся очень скоро. Всё-таки социальная сфера – не для меня. Найти бы что-нибудь такое… прибыльное и ненапряжное. Что-то, где можно было бы скоротать пару-тройку лет и встать на ноги уже взрослым и самостоятельным элементом общества.
— Осторожно, девушка, — раздался голос позади, но я, резко обернувшись, так и не увидела его источник. Почему не увидела? Потому что поскользнулась на мокром полу и упала – плашмя и прямо на холодный кафель коридора.
— Здесь вымыто… — уборщица, старавшаяся меня предупредить, появилась слишком поздно, и старая куртка, и так видавшая виды, оказалась безвозвратно запачкана.
— Отлично, — возвращая себе вертикальное положение, констатировала я.
Вот уж теперь точно буду держаться подальше от этого места. Само провидение говорит о том, что оно проклято.
Отряхиваясь от мелкого мусора и проверяя все кости на целостность, я мимолётом взглянула на эту уборщицу. Типичная уроженка Агровакии, в меру пожилая, в меру доброжелательная. И абсолютно незаметная, как и её работа. «Неужели и я стану такой?» — прозвучало у меня в голове. Прозвучало и сразу смолкло, оставив лишь эхо – беспощадное напоминание себе самой. Хех… Может, кого-то и волнует будущее, но только не меня. Я и так уже всё испортила – бросила институт, поссорилась с подругой, потеряла новых друзей. Куда уж хуже! Нет уж, теперь мой удел – размеренно плыть по течению.
Я вышла на улицу, и в моё лицо ударил мощный поток холодного ноябрьского ветра. Ветра, который сопутствует приближению иллиоских полярных ночей. Ветра, который не предвещает ничего хорошего. И ветра, который сегодня меня волновал меньше всего. Агелидинг, покрывшийся тоннами снега, ещё ни разу не выглядел для меня так удручённо. Темнело – солнце скрывалось за полосками крыш, возвещая о том, что сутки перевалили за два часа пополудни. «Полярная ночь подбирается» – кажется, так поётся в известной песне военных лет? А ведь для большинства день только начинался…
Улицу Мира, ничем не отличавшуюся от моей пока ещё родной улицы Совы, я покинула с трудом. Взбунтовавшиеся против заторов и пробок автобусы то и дело глохли, тем самым только усиливая зажимы на дорогах, а снег – стальной пресс на бетонном муравейнике столицы – довершал начатое, припечатывая целые маршруты на неопределённый срок. Так что я, взвесив все за и против, решила сегодня пройтись пешком. Может, коммунальные службы и справятся с внезапным незапланированным снегопадом к утру, но я таким количеством свободного времени не располагала. Работа не ждёт – даже если я её пока не нашла.
