После дождя
1820
Дорога на юг,
К неизвестным пределам,
Казалось, вчера ты покинул Кронштадт…
А тысяча вьюг
Над бушпритом взлетела,
И лишними стали все линии карт.
Замёрзла бизань,
Словно лезвие – рея,
Но льды не сдаются стальному ножу…
Дорога за грань,
За неделей – неделя,
И стала Россия сродни миражу.
Ослаб такелаж,
Непосильного гнёта
Довольно, чтоб шлюпы разбились о риф…
Но твёрд экипаж
И не списан со счёта
Отчаянный дух – он по-прежнему жив!
По-прежнему цел
Офицерский порядок,
И наш командир заполняет журнал…
А льдины – как мел,
Белоснежного яда
Хватает, чтоб каждый казался здесь мал.
В тени альбатрос,
Пролетает стрелою,
И серостью неба мы сыты сполна…
Натянутый трос,
Всё выходит из строя,
И «Мирный» с «Востоком» съедает волна…
И… новый порыв,
Гонит северный ветер
К осколкам чужой и продрогшей земли,
И огненный «взрыв»
Наше небо разметил,
Полярных сияний являя огни.
Мы мчимся без сил,
Снова к скалам бросает…
Избитый шпангоут об айсберг хватив,
Но море – наш мир –
И по-прежнему дарит
И новую карту, и новый мотив.
3 августа 2023 года
Икона
В тени от высокого клёна,
Где листьев давно уже нет,
Под старостью серого дома
Был спрятан Иисуса портрет.
Тяжёлые грузные брёвна
Слагали массивы избы,
И белою скатертью словно
Сырели от влаги грибы.
Рассыпалась ветхая крона,
И осень явилась в тот дом,
Висела там в прошлом икона,
Теперь же – укрыта тряпьём…
А с нею исчезло столетье,
Осыпавшись краской сухой…
Детей и отцов многоцветье,
Ушедших давно на покой.
И крыльев подобное взмахам,
Летело течение дней.
Пылилась икона под шкафом,
И все позабыли о ней.
Упал вместе с клёном скворечник,
И слышен уж правнуков бег,
И годы проходят беспечно,
И снова является снег…
Но термины новых теорий
Не знают важнейший урок.
В пыли, под покровом историй,
Забыт молчаливый пророк…
Где нет колокольного звона,
Там вечно опущен затвор.
И плачет под шкафом икона…
Но дом стережёт до сих пор.
24 декабря 2020 года
