Прямой курс – Земля!
И всё же я люблю свой город. Сейчас, с ног до головы окунувшись в темноту вечернего Адлера, я в который раз понял, что ни за какие деньги мира не променяю его живую, ни с чем не сравнимую свежесть. Дождь только-только закончился. Люди ещё не успели выйти из своих убежищ, и лишь кое-где постепенно начинали зажигаться неоновые огни придорожных кафе. В тенях от острых пальмовых листьев они смотрелись особенно волшебно. Южная ночь уже опустила на город свои покровы, и влага, не успевшая пока испариться, только придавала ей пикантности и уюта. Город на побережье жил своей жизнью, и я, хотелось мне или нет, тоже стал её неотъемлемой частью. Вон проехала рикша, отвозившая своих пассажиров в сторону черноморского побережья… Вдалеке, со стороны набережной реки Мзымты, зажглись огни на олимпийской стройке. У небольшого киоска остановилась и тут же сорвалась с места респектабельная машина неизвестного мне местного авторитета, а прямо за угол осторожной походкой свернула одинокая незнакомка…
Стоп!
Неужели она?..
Я не успел как следует разглядеть её лица, тем более в темноте сделать это было проблематично. Но вот длинные волосы с оттенками красно-алого и плащ, чёрный и широкополый, въелись в память намертво. Так-так-так… Кажется, мне повезло снова встретить ту самую особу, что сбила меня с ног сегодня утром. Ну, то есть я её сбил… Судя по всему, она снова пришла на ту же самую улицу, теперь зачем-то проследовав в сторону нехоженой подворотни.
Оу, а вот это уже необычнее!.. Только что мне в глаза бросилась ещё одна фигура. Незнакомец, мужчина неопределившегося в силу темноты возраста, то и дело оглядываясь, двигался в направлении нашего торгового центра. Неожиданно он резко изменил траекторию, едва не поравнявшись со мной – слава богу, не заметил! – и тенью прошмыгнул в ту же подворотню, что и девушка.
Сложно было так сходу понять, следил он за ней или нет. Но ещё труднее объяснить, на кой чёрт я решил проследить за ним… Совестью и прочими качествами советского пионера-дружинника я никогда не отличался. Да и габаритами не вышел к своим двадцати семи… Ей богу, сыграло простое любопытство! Но так или иначе, а рядом с пресловутой подворотней вскоре появилось третье лицо, следящее за первыми двумя…
Поначалу мне даже показалось, что там никого нет, слишком уж было темно и бесшумно. Но дойдя непосредственно до поворота, я начал понемногу прислушиваться – спасибо, что на улице сейчас было тихо! – и почти сразу услышал диалог. Весьма эмоциональный, кстати.
– …Я никого не перевожу, ясно вам! Ваши вельможи ошиблись…
– Я здесь не для того, чтобы выслушивать твои оправдания, — второй голос, как ни странно, принадлежал моей недавней знакомой с улицы. Что несказанно меня удивило. – Ты на нейтральной территории второго класса, здесь нельзя заниматься контрабандой.
– Да нет никакой контрабанды! Я просто беженец с Аэрума, ясно тебе! Никому не нужный и неинтересный беженец…
Странно, очень странно… Голос логики в такие моменты обычно велит людям уходить своей дорогой и не лезть в чужие дела. Но кто сказал, что у меня такой голос есть? А главное, моё любопытство уже ничто не могло остановить. И наплевав на осторожность, я высунул голову из укрытия, чтобы хоть на пару секунд разглядеть происходящее.
В узком проулке отчётливо виднелись две тени. Вообще, в тусклом свете фонарей с улицы сложно было разглядеть детали, но, кажется, один из них прижимал другого к стенке. Большего разглядеть со своего расстояния я пока что не смог…
– Разговор окончен, сильф, — услышал я голос девушки. – Мне всё известно, и точка. Показывай, где ты держишь свой товар, и, может быть, дело ограничится штрафом.
– Да-да, конечно… — ответил второй, судя по всему, решив не ерепениться. Не оставалось никаких сомнений, что первый силуэт, тот, что прижимал, принадлежал моей старой знакомой. Что меня и удивило. – Банальный штраф, очень щедро… Товар здесь, недалеко.
В ту же секунду неизвестный дёрнулся, встрепенулся и толкнул девушку аж с разворота, буквально всем телом. Следующие за этим события сложно описать в двух словах и уж тем более дать им хоть какое-то объяснение. Но… скажем так, мои взгляды на жизнь слегка разлетелись вдребезги.
Нападавший пулей вылетел из подворотни, едва меня не задев. И… чёрт бы меня побрал, но в руках у него я точно заметил какую-то сумочку, коей в прошлый раз не видел. А дальше… Ей богу, иначе как рефлексом это безумие не назовёшь: я сорвался с места и ринулся за ним!
Поначалу чуть не слетел с бордюра в первую же лужу – к счастью, водных процедур мне с лихвой хватило и утром. Затем перебежал на другую сторону улицы. Стараясь подрезать негодяя, пока он меня не заметил, сократил дистанцию, перепрыгнув через скамейку. Пальма, фонарный столб, ещё одна лужа, закрытый продуктовый ларёк… И вот, наконец, я сгруппировался и что есть сил выпрыгнул на убегавшего, дёрнув того за куртку и повалив на землю вместе с собой!
Первым, что почудилось моему перезагружавшемуся сознанию, когда я ощутил под ладонями мокрый асфальт, был громкий раздражительный писк. Словно от назойливого будильника – того самого, что мучает меня почти каждое утро. Поднявшись на ноги, я понял две вещи. Во-первых, свою одежду я сегодня не только испачкал, но и основательно порвал. Во-вторых, я наконец-то мог рассмотреть грабителя более-менее полно.
И всё же… лучше бы я этого не делал.
Куртка-кожанка, за которую я только что пригвоздил его к земле, теперь выглядела ненамного лучше моей. Лицо – ну лицо как лицо, чуть старше тридцати и без намёка на уголовщину. Но вот волосы… Ох. Ну допустим то, что на нём всё это время была вязаная шапка, я заметил, ещё когда мы поравнялись на тротуаре. Июль, конечно, не лучший месяц для таких аксессуаров, но даже у нас, в Сочи, полно тех же узбеков, не расстающихся с шапками и куртками. Особенно в такую дождливую погоду, как сегодня.
Но то, что она скрывала, лишило меня дара речи… Волосы. И не просто волосы, а целая копна волос! Длинных, полупрозрачных и переливающихся всеми доступными глазу цветами радуги… Когда шапка упала на асфальт, они в буквальном смысле вырвались на свободу! Синий, зелёный, красный, жёлтый, фиолетовый и даже белый – готов поклясться, что в свете фонарных столбов они даже немного светились…
Стоит ли говорить, что остроконечные уши незнакомца, выдававшие в нём эльфа из любимых мной компьютерных игр, уже не удивляли…
– Обалдеть…
Увидеть такое посреди Адлерского района было выше моего понимания.
– Идиот, глупый абориген! Что ты наделал! – ни с того, ни с сего заорал на меня беглец, копаясь в разбросанных повсюду вещицах.
Я и не заметил, что в процессе погони содержимое дамской сумочки высыпалось на дорогу…
– Ты сломал пульт! Ты сломал его, примат недобитый! – уже чуть ли не в истерике бился странный… эм, «эльф», бережно собирая в ладонях разбитые куски металла.
Не знаю, что именно я сломал, но писк, тот самый будильникоподобный, эти ошмётки издавали весьма громкий. Как в прострации, я смотрел на странного типа, уже плюнувшего на то, что его радужные волосы выставлены на всеобщее обозрение, позабыв, что гнался за ним, чтобы вернуть сумочку хозяйке.
– Что здесь случилось?!
А вот и она, собственной персоной. Надо же! Это ж насколько надо быстро бегать, чтобы успеть сюда за пару секунд…
