Особняк между мирами
Однако уверенности он в меня не вселил. Знаете, неведение – худшее из зол. Никто из нас не понимал, в чём дело. Наше время не просто тянулось: его уже отдали! Другой молодей паре – и теперь они, а не мы, давали свои клятвы верности там, во дворце бракосочетания… Хуже всего, что я сам не мог ничего сделать: отец настойчиво уговорил оставаться на месте, чтобы потом не пришлось ещё и жениха искать.
— Артур, не бойся, найдётся она. Она же тебя любит – она сама мне сказала по секрету.
В другой момент непосредственность сестры меня бы успокоила, но сейчас… Стоп! Это ведь… Ну… хоть что-то!
Особа приятной наружности и скверного содержания, как её любила называть Антонина Николаевна, нарисовалась как нельзя кстати. Высокие каблуки, дорогое платье и фигура, едва-едва не дотягивающая до фотомодельной – лучшего подспорья для завышенной самооценки и не найти. Полина заметила знакомые лица издалека; двигаясь как можно эффектнее, медленной поступью передислоцировалась в зону всеобщего внимания, то бишь между мной и родителями, и сразу же изменила выражение лица на виноватое. И только заметив общее смятение, она наконец-то поняла: что-то не так.
— Я не опоздала?
— Уже нет.
— Ой, а где Ульянка? – с подозрением, она бегло прошлась взглядом по каждому из нас. – Только не говорите, что она тоже опаздывает, хи-хи… С неё станется.
— Спасибо, что соизволила заметить. И что вообще вспомнила о свадьбе. Дел-то небось по горло с утра было.
В этот раз я не стал с ней церемониться. Думаю, тот факт, что бракосочетание так и не началось, мог бы обрадовать лишь её одну: ведь теперь, получается, она и не опоздала никуда. Впрочем, зря я так… Узнав о случившемся, Полина не на шутку разволновалась. Сразу же позвонила своему парню, однако тот так и не взял трубку. Как и следовало ожидать, девица тут же поспешила с извинениями и пообещала разобраться во всём собственноручно.
— Если решила его найти на своих двоих, советую не спешить – Боря уже выехал на поиски.
— Этот ваш Боря, судя по рассказам, скорее завалится в какой-нибудь бар, чем сделает что-то полезное, — опоздавшая свидетельница по-деловому поправила волосы и достала из сумочки ещё один телефон – на этот раз лучший смартфон года по версии «Digital World». Сама серьёзность… — Я свяжусь с Андреем и всё выясню. Никуда не уходите, я мигом.
М-да, как будто мы куда-то уйдём!
Секунда, и лучшей подруги моей Ули как не бывало. Однако этот миг прошёл, за ним прошёл целый час, но ни от неё, ни от Бори, ни от моей любимой не поступало никаких известий. Брачующиеся пары сменяли друг друга быстрее, чем стрелки на часах, в итоге слившись в моих глазах в один сплошной поток бело-чёрно-пёстрого водоворота… Отец время от времени возвращался во дворец бракосочетания и просил переносить церемонию на всё более поздние сроки, мама помогала Антонине Николаевне с «Валидолом», который она в такой счастливый день решила с собой не брать. Мой друг вообще перестал отвечать на звонки – творилось чёрт знает что. Пришлось брать ситуацию в свои руки…
— Так, ладно. Словами тут уже ничем не помочь. Лекарствами тоже. Предлагаю не сидеть сложа руки и сделать хоть что-то дельное, — родные взглянули на меня с непониманием. – Я говорю о милиции, ой, то есть полиции.
Ряд недоумевающих голосов намекнул, что не все согласны с такой позицией.
— А что вы предлагаете? Стоять и ждать? Итак уже часа два тут топчемся на месте. Кто знает, может, тот Андрей её похитил. Или в аварию попал – если, не дай бог, я прав, тут каждая секунда на счету.
— Правильно! – первой, кто меня поддержал, неожиданно оказалась сестрёнка, и вскоре на мою сторону встали отец и Антонина Николаевна.
Это Ульяна научила меня быть инициативным – раньше я не был таким. Только что толку? Чёрные цифры «9-1-1» засветились на зелёном экране смартфона. Свежескошенный луг и холмы позади – плодородная долина, летящие на крыльях будильники и порталы в другие миры с картины польского художника Яцека Йерка сейчас выглядели уж слишком сюрреалистично. Надо было ставить танки – как все нормальные парни.
Полиция прибыла ещё через час. За это время мы извели друг друга как только могли… Бабушка Ули причитала, мама то и дело обзванивала больницы, отец – пункты ДПС, отчего разбираться с работниками ЗАГСа пришлось уже мне. Подниматься на второй этаж дворца бракосочетания в гордом одиночестве показалось мне своего рода издёвкой: вычурная лестница, расписные перила и роскошный зал, в который мы сегодня должны были зайти рука об руку с Ульяной, теперь разве что раздражали, напоминая о неприятностях, свалившихся на голову. Всё та же грузная женщина, теперь восседавшая за лакированным столиком, поинтересовалась о судьбе «нашей невесты» и с сарказмом заметила:
— Мы не можем держать вас на очереди вечно. Перезаписывайтесь на другой месяц или уходите – и в следующий раз лучше следите за невестой. Всего хорошего.
— Ага, скатертью дорога. Я понял – прощайте.
Будь я Борисом, стукнул бы кулаком по столу и наговорил ей хороших перед уходом. Но – разве это что-то изменит?
Перезаписываться я не стал: думаю, когда Ульяна найдётся, она поймёт, почему я решил выбрать другой ЗАГС. В крайнем случае, придумаю для неё какую-нибудь примету. Уходя из злополучного зала, я ненароком рассмотрел его. Всё-таки деньги творят чудеса! Расписанные стены поражали качеством иллюстраций: тут тебе и живописные орнаменты с цветущими розами, тюльпанами и магнолиями, и целое лебединое озеро с огроменным красным сердцем в центре (впрочем, больше похожим на яблоко – художник не старался), и своеобразная дверь семейного счастья, нарисованная прямо напротив лестницы. Прямо как во сне Ульяны, между прочим. Что она там рассказывала сегодня накануне? Ладно, проехали…
К ЗАГСу тем временем подъехал наряд полиции: две машины с проблесковыми маячками, как из однотипных русских сериалов, заняли свободные на парковке места, чем удивили сторонних наблюдателей. Работницы и тут отличились: попросили всех отъехать куда подальше, дабы не портить праздник другим парам. Тут уже даже моя мама возмутилась.
— И вправду жаль, что с нами сейчас нет Бори. Его ругань сейчас пришлась бы кстати. Тахир шутит… значит, даже он не в своей тарелке.
Мне же оставалось только плыть по течению и смиренно ждать, когда судьба соизволит раскрыть свои козырные карты. Знакомое чувство: как-то точно так же пришлось ждать результатов собеседования в крупную городскую газету. К слову, меня тогда не приняли – но, как потом оказалось, именно это стороннее решение навсегда изменило мою жизнь в лучшему…
Вечер был не за горами, и я уже не нервничал. И даже суматоха гостей обходила стороной. Со мной остались лишь только два… нет, даже три чувства. Досада – за то, что именно мне, а не кому-то ещё, выпало всё это. Злость – опять же, на судьбу и всех, кто был к ней причастен. И страх за мою любимую… Кто знает, где она сейчас?
Вдруг с ней и вправду случилось что-то ужасное? Или все мои волнения беспочвенны? Всё бы отдал, чтобы узнать правду…
Уля… Где же ты…
Местный следователь – тот ещё тип. Весь такой серьёзный и представительный, а на поверку оказался немолодым циничным мизантропом, которого, казалось, оторвали от охраны президента, не меньше. Нехотя записывая в планшет показания «свидетелей», он рано или поздно должен был дойти до жениха. Однако данный факт меня нисколько не радовал.
— Полковник милиции Владислав Викторович, — представившись уже в десятый раз, он оценил меня выискивающим взглядом. Думаю, отнёсся ко мне скептически. – Значит, ищем вашу сбежавшую супругу?
— Во-первых, не сбежавшую, — поправил я, хотя надобности не было. – Во-вторых, не супругу – мы не успели обручиться.
Хмыкнув, следователь продолжил:
— Тем более. Упорхнула, небось, девица ваша из-под венца – и тусуется теперь с каким-нибудь своим старым приятелем, о котором вам не рассказывала. Старо как мир! А вы тут волнуетесь – и честных людей от работы отвлекаете. Подтёрли бы слёзы и шли искать новую замену – глядишь, впредь умнее будете.
Упаси боже лет через двадцать стать таким же надменным увальнем, как этот человек… А ведь мог бы – если бы не воля случая! Полицейский планомерно следил за моей реакцией на каждое своё слово, и я постарался свести эмоции к минимуму. Интересная картина, наверное, вырисовывалась со стороны. Следователь и я – словно два человека из разных миров. Вроде похожих, но с людьми совершенно противоположных взглядов: в одном ещё не разучились верить в то, что не все вокруг прогнили и ожесточились, в другом такт и понимание уже давно считают за слабость. И как нам общаться друг с другом на равных, если каждый из нас казался другому инопланетянином?
— Вас Владислав Викторович зовут, так? К вашему сведению, не все девушки в наше время настолько распущенные, как вы думаете. И не все парни, которые считают так же, как я – незнакомые с реальной жизнью комнатные растения. Я понимаю, что ваша работа подразумевает общение с людьми не лучшего профиля, но… а ладно. Просто скажите: когда вы займётесь поисками? Ах, да, и ещё: а от вас когда-нибудь сбегали? Потому что очень похоже…
Смотреть глаза в глаза – так всегда учил папа. И хотя в надменности следователю не было равных, отвечать на второй вопрос он не стал. В его глазах я был мальчишкой – пускай же остаётся при своём мнении. Хмыкнув ещё раз – видно, это входило в его ежедневную программу – полицейский сухо расспросил меня о подробностях случившегося, о характере и повадках Андрея, парня Полины, и, не скрывая скуки, поинтересовался, не было ли подозрительных личностей по пути следования кортежа.
