Особняк между мирами
Наш брачный кортеж миновал большие железнодорожные ворота, и природа, всё ещё сражавшаяся за право управлять этим миром, проиграла окончательно. Серый бетон, чёрствый, сухой и бездушный, выстроил новую реальность, где не было места таким сентиментальным романтикам, как я. Однотипные высотки, однотипные дороги, однотипные судьбы… Мы хотим быть уникальными, а на деле подражаем тем, кто так же мечтает не выделяться из толпы. Всё сменила бесплатная школа шаблонов. Где, скажите мне, гении прошлых столетий? Остались разве что только в музеях…
Ладно, не буду о наболевшем – не место и не время.
На улице Советской отцу пришлось затормозить: на нерегулируемый переход вышагала целая колонна школьников. Прождав, пока весёлая детвора перебежит дорогу, мы потеряли минуты две. Как итог, остальные машины скрылись из виду.
— Не боись, ещё нагоним твою тихоню! – рассмеялся Боря и запел себе под нос строки надоедливого молодёжного хита.
Мой друг и в самом деле успел где-то хлебнуть лишнего – тут и доказывать ничего не требовалось.
Красный сигнал светофора, зелёный, рёв мотора… ещё один красный сигнал. Свадьба и сумбур – явления неразделимые. Как ты ни приготовишься, как всё ни распланируешь – всё равно возникнет форс-мажор. Провожая взглядом десятки баннеров, я уже начал порядком нервничать. Опоздать на собственную церемонию бракосочетания – не самое лучшее начало для семейной жизни. Тут даже Уля не сумеет меня переубедить. Хотя в оптимизме ей не откажешь. Всегда завидовал ей, если честно: а тому, как умело она находит красоту в обыденном, нельзя не удивиться! А если б сейчас она оказалась рядом, и бесцветные дома за окном стали бы «уютными обителями семейного быта», и хмурые прохожие, разучившиеся улыбаться, превратились бы в странников, ищущих своё счастье. Если я сам иногда бываю оптимистом, то она – ангел во плоти.
Но в одном мы бы с ней точно сошлись: наш мир не испортился – мир не меняется.
— Готовьте ваши карманы, молодёжь! Мы на месте!
Удачно миновав последний светофор, мы въехали на парковку – и я смог на мгновение унять свою нервозность. И впрямь не по себе сегодня: интересно, все ли в такой день волнуются так же, как я?.. Обращать внимание на то, как сильно преобразилась центральная площадь нашего городка, я не стал. Да и времени не было. Всё равно весной всё выглядит ярче и краше, чем в реальности. Шаг в сторону ЗАГСа – по асфальту мои новые ботинки стучали предательски громко. Я разглядел впереди знакомую машину, а за ней ещё парочку – родственники тоже подрулили быстрее нас.
Чёрного джипа нигде не видно: наверное, тоже отстали…
— Артур! Артур! – звонкий голос раздался справа, со стороны памятника нашему знаменитому прянику.
Ох, а вот ещё одна причина опасаться за сегодняшний день.
— Чего это вы опаздываете? Мы тут битый час вас ждём!
Неугомонная девчонка, как обычно, материализовалась из ниоткуда и едва не сбила меня с ног. Красное платье на фоне майского постмодернизма смотрелось не очень уместно – зато как искрилось! Кажется, кто-то переусердствовал с блёстками…
— Сама знаешь, разбойница: пробки, светофоры… А ещё Боря. Скажи спасибо, что мы вообще приехали.
Малышка нахмурила брови.
— Я не разбойница – я конкистадор! – гордо заметила малышка. – Расскажешь потом об инках и Франсиско Писарро1 ещё разок?
И как ей удаётся столько всего помнить для четвёртого класса! Ума не приложу.
— Только после своего медового месяца…
— Не обманываешь? Или забудешь всё, как обычно? – замолчав на секундочку, она мельком рассмотрела здание ЗАГСа. Его многочисленные окна смогли бы ослепить кого угодно в столь погожий день. – Когда уже моя собственная свадьба будет, а?
Я потрепал сестрёнке волосы, благо сегодня она одна из всей женской половины семьи не старалась над причёской, но отвечать не стал. Диана и так всё понимает – большая уже. В отличие от Бориса: друг оказался среди моей родни и тут же стал подкатывать к троюродной племяннице, высыпая анекдоты направо и налево. До сих пор не понимаю, как такой сумасброд смог защитить прошлым летом диплом…
Полдень приближался неотвратимо. Мы собрались в стороне от главного входа: кто-то готовил шампанское, другие оживлённо переговаривались, словно сто лет не видели друг друга. Ага, при том, что самым «дальним» родственникам пришлось проделать путь до ЗАГСа аж в сорок километров. Почти все в сборе – кроме моей Ули, конечно. Мама расспрашивала Антонину Николаевну о фасоне свадебного платья, а та попутно раскрывала ей тайны своей актёрской молодости; отец зачем-то открыл капот – чем разозлил маму, следившую за чистой его белого пиджака; сеструха веселилась на всю катушку уже сейчас, балансируя на краях бордюра как заправский канатоходец. Как и я, они ждали – а с ними ещё и полтора десятка родственников, незнакомый мне фотограф с приятелем явно бомжацкого вида и один неугомонный свидетель, вновь готовый повздорить с нашим общим другом.
— Не лезь к Тахиру, Борь, не хватало ещё, чтобы вы тут подрались!
Боря и Тахир вечно ссорились: и если первый был в каждой бочке затычкой, наш товарищ по универу старательно стремился везде и всюду продемонстрировать характер «отличника». Собственно, одно это уже говорило о нём практически всё.
— Да он опять умничает. Помешал мне кадрить симпатичную девицу…
— Эта девица – моя троюродная племянница. Ей двадцать семь. И она замужем. Так что поубавь обороты.
— Ну ладно. Ладно! Не больно-то хотелось… — Боря состроил кислую мину и виновато поджал руки за спину аля заключённый колонии строгого режима. – Вот стоило тебе встретить свою Ульяну, как сразу занудой стал. Правду говорят: если друг женился, считай его потерянным без вести.
Ульяна… Интересно, когда она приедет? Прошло уже минут пятнадцать – а чёрного джипа как не было, так и нет. Ещё и свидетельница опаздывает – и ведь даже не соизволила позвонить! И как Уля может дружить с такой особой…
М-да, вероятно, так же, как и мы с Борей.
Где же она…
От нечего делать, решил подойти к фотографу. Странный мужик бомжевацкой наружности уже пропал из виду, и я не стал вдаваться в подробности его происхождения.
— Фотоаппарат точно не подведёт?
— Спрашиваешь! – моложавый парень казался излишне самоуверенным. – Если невеста придёт, всё будет на высоте.
— Что значит «если придёт»?
— Да ты на часы посмотри!
Я вздёрнул руку, высвободив из-под пиджака наручный браслет, и… с трудом удержался, чтобы не провалиться на месте.
Две минуты первого!!!
Да где же они! Кажется, не один я вышел к дороге, высматривая в плотном потоке машин приметный чёрный джип. И куда все они едут в субботний день? К сожалению, недолгие поиски не увенчались успехом – и ведь не позвонить им! Единственным телефоном располагал водитель, но связаться с ним могла только Полина – а её, как назло, не было на месте! Масла в огонь добавила работница ЗАГСа…
Грузная женщина, озабоченная отсутствием молодожёнов, первым делом направилась к Антонине Николаевне, чтобы убедиться, всё ли в порядке. Я бы и сам хотел знать… Антонина наспех пыталась дозвониться свидетельнице, но та попросту не брала трубку. Отец нервно вышагивал по тротуару, и даже Боря, доселе весёлый, сейчас вёл себя тактично и сдержанно.
И опять этот мужик! Уже во второй раз я обратил внимание на ошивавшегося поблизости бродягу – теперь уже рядом с Тахиром. Гнездо седых, нечёсаных волос. Чёрный пиджак, пошитый в стране, развалившейся ещё в прошлом веке. Что он здесь забыл? С нашей стороны таких бомжей точно нет.
Ответить на свой вопрос я не успел: в ту же минуту на парковку заехал автомобиль. К величайшему сожалению, не джип – а белый лимузин с очередной парой брачующихся.
— Ничего страшного, сынок, пропустим их вперёд, — в привычки мамы всегда входила способность сохранять самообладание. Даже в таких случаях, как этот. – Подъедет Ульяна, и мы пойдём за ними.
Что-то мне подсказывало, что это только начало…
— Чёрт! А если они попали в аварию? Заглохли… Заблудились… А если он вообще её украл? А если…
— Так, всё путём, не кипишуй, — Боря расстегнул пуговицу на рубашке и ослабил свой галстук. – Мой дом рядом. Сейчас я бегом туда, беру тачку – и прочёсываю весь район. Где вы с ней разминулись?
— На Советской. У цирка.
— Супер. Не боись – найдём мы твою сбежавшую невесту.
Вот за это я и уважаю друга: несмотря на всю его несерьёзность, он всегда был готов прийти на помощь. От поддержки Тахира Боря отказался – любил всё делать в одиночку – и вскоре засеменил в сторону бурой шестнадцатиэтажки: дом его родителей я ещё в детстве запомнил.
_____________________________
1«Франсиско Писарро (1471(6?)-1541гг.) — испанский конкистадор, завоеватель империи инков, основатель города Лима».
