Особняк между мирами
— Хватит, Ди! Помолчи лучше. Слушай музыку…
Сестрёнка затихла и притупила взгляд. Думаю, потом мне будет стыдно за свою резкость. Но, как я уже говорил, Диана умна не по годам – и должна всё понимать.
Песня закончилась, и остаток дороги прошёл в глубоком, густом и холодном молчании. В оттенках домов проскользнули цвета родных, до боли знакомых пенатов. Но вернулся ли я домой? Обманчивое впечатление. О каком доме может идти речь, когда и мои мысли, и эмоции, и я сам, целиком и полностью, находились в месте совсем другом? Я не смог бы объяснить, что со мной, если бы меня спросили. Просто… я не был здесь на самом деле. В то время, пока все остальные – обычные люди – оставались на Земле, я, сам того не ведая, уходил в мир совсем иной. Туда, где бы всё было просто. Где мы все могли бы воплощать наши мечты по воли одной только мысли. Где бы я смог найти её…
— И всё-таки… было приятно познакомиться с вами, ребят, честно, — таксистка щёлкнула по старенькому навигатору. Он перестал моргать красным цветом и выдал ей нужные цифры. – С вас триста шестьдесят пять рублей. Округлим до трёхсот пятидесяти?
— С чего бы такая щедрость?
— Просто настроение хорошее: не каждый день всамделишных женихов подвожу.
Уж не знаю, чем я развеселил эту особу, но улыбалась она так, будто самого премьер-министра подвезла.
Я не помню, как расплатился за проезд… Как пропустил мимо ушей короткий диалог между Дианой и таксисткой – о том, насколько красив и необычен её навигатор… Не помню, как мы с сестрой вернулись домой, и я, заперевшись в своей комнате, наконец-то стянул с себя этот жутко надоевший костюм. И даже звонок родителям в надежде услышать от них хоть какие-то новости не обнадёжил – глухо… Оставаться тут больше не хотелось. Нельзя! Интуиция подсказывала, что на счету каждая минута – так разве можно было сейчас отсиживаться дома?
Часы пробили восемь. Эпоха майского вечера напиталась светом – и рассыпалась по квартире сердоликовым стеклом. Несостоявшийся день почернел, и где-то глубоко внутри стало до обиды холодно и одиноко. Я всё-таки потянулся за пиджаком, чтобы накрыться. Подложил под спину подушку, облокотился на стену и крепко-крепко вмазал по ней кулаком. Сидеть, уставившись в одну точку, для меня было привычным делом. С жадностью проглатывая пыльный воздух бетонного капкана – своего родного дома – я наконец-то закрыл глаза, представил Улю и вспомнил день нашей первой встречи. Эх… Правду говорят: жениться в мае – плохая примета. Но нет. Полно. Сейчас не до предрассудков.
Как бы то ни было, я не смирюсь. И не отдамся на волю случая. За эти месяцы любимая научила меня действовать. Она бы всё сделала ради меня – и я поступлю так же.
Ульяна? Ты меня слышишь? Я найду тебя.
֍֍֍
…Это было осенью. Типичный пасмурный день для типичного неудачника. Не прошёл очередное собеседование. Крупнейшая газета города – ну и что, что диплом журналиста – всё, что у меня есть? Ни одного года рабочего стажа? А откуда же ему взяться, если меня никуда не берут! Но судьба вынесла свой вердикт – и кто я такой, чтобы ей сопротивляться?
А ещё попал под дождь… С утра на небе ни облачка, к двум часам – поливает как из ведра! Не взял с собой зонт – закономерная оплошность. Разбрызгивая воду, я бегло топал по лужам, надеясь укрыться в каком-нибудь кафе или, на худой конец, подземном переходе. Увы, таковые если и попадались на пути, то были нагло закрыты на обед или на реконструкцию. И тут передо мной возник музей. Серое здание и десяток бетонных колонн являлись гордостью нашего города – только я сам эту гордость посещал в последний раз, когда ещё и не думал о трудоустройстве. Но выбирать не приходилось: недолго думая, я, промокший до нитки, грязный и продрогший, потопал под крышу старинного строения. Кто бы знал, что именно там меня все эти годы поджидала моя судьба…
Историко-археологический, наравне с краеведческим и музеем оружия, образовывали большое культурное объединение и входили в двадцатку лучших музеев страны. Наследие целой державы – престижнее места, чтобы просохнуть и согреться, и не найдёшь. Заплатив за билет, я был удостоен брезгливого взгляда кассирши и прошёл к экспозиции. Несмотря на скептицизм, я не мог не отметить всю красоту этого места. Роскошные гобелены, домашняя утварь середины 19-ого века и десяток картин известных, но большей частью, конечно же, малоизвестных художников – впечатляет! И хоть я ничего в этом не понимал, замечая внимание экскурсоводов, я с упорством делал умное лицо и медленно продвигался вперёд. Одновременно согреваясь…
Честно признаться, среди сего великолепия я чувствовал себя пришельцем из другого мира. Вот следующий зал понравился больше: палеонтологическая выставка имени И.А. Ефремова порадовала целой коллекцией скелетов, окаменелых раковин и прочими прелестями доисторических эпох. Сестрёнке бы тут понравилось – динозавров она любила ничуть не меньше рыцарей и путешественников. Рассматривая громадные бивни и шерсть плейстоценового мамонта, найденного в прошлом веке прямо под Москвой, я стряхнул с куртки и штанов дождевую воду вперемешку с дорожной пылью и ненадолго остановился у восковой фигуры неандертальца, огороженного от посетителей стеклянной витриной. С грязным лицом, в обрывках оленьих шкур и с лохматой причёской, он встретил очередного гостя грустным, невероятно задумчивым взором. Чтобы получше рассмотреть сие чудо, я остановился буквально на пару секунд. Наклонился поближе, будто сравнивая, кого из нас больше поистаскала жизнь. И встретил её.
Как я и думал, моя продрогшая и весьма подозрительная фигура не укрылась от пристального взгляда экскурсоводов. Но она оказалась куда моложе других. Её первые слова прозвучали неожиданно, но – клянусь! – уже тогда я бы всё отдал, чтобы услышать их снова.
— Вы с ним похожи как две капли воды! Только наш не такой растрёпанный, — сказала она, и я понял, что отныне мы будем вместе.
