Космический зоопарк, или Неудачное вложение капитала
Ответила я максимально фальшиво, но мужчину этот выпад только позабавил.
— Ну-ну. Хорошего полёта! И это… не теряй больше одежду, идёт?
Как же он меня бесил… Разве могут быть настолько раздражающие люди? Вот просто существуют рядом с тобой в одном городе, да даже в одной галактике – а жизнь уже кажется адскими муками! Я уже догадывалась, что за время полёта пересекусь с этим типом ещё не раз и не два – и от этого аж выть на луну захотелось!
Да ещё и на моего бывшего похож. Очень похож…
Пассажирский лайнер уже прогревал свои гравитонные генераторы, когда движение под ногами прекратилось, и все немногочисленные пассажиры вышли навстречу своему «космическому скакуну». Огромный, с десять футбольных полей, корабль казался чужеродной опрокинутой башней, свалившейся посреди серой, видавшей виды взлётной полосы. Чёрный металл, покрывавший корпус, напротив — напоминал переплетённый и скрученный фасад какого-то готического собора, только выстроенного в нео-космическом стиле. Только с горящими огнями от работавших на сто процентов своей мощности систем. У пассажирского ангара красовалась скромная табличка с названием.
«Эндимион»
Интересное название – всяко сподручнее, чем «Титаник». А уж тем более получше, чем «Проксима-2».
Мой ненавистный попутчик помахал мне рукой, тем самым вынудив ускорить свой шаг. Ожидая худшего, я уже морально настроила себя на долгие часы назойливого общения. Даже решила во что бы то ни стало поменяться с кем-нибудь местами, лишь бы избавиться от увальня.
Как вдруг…
Громкий взрыв прогремел быстро и неожиданно. Слишком неожиданно, чтобы успеть хоть как-то на него среагировать. Заметив, как другие пассажиры поднимают головы вверх, я невольно повторила за ними – и тут же застыла от ужаса.
Похоже, худшее случилось. И совсем не так, как я думала…
Увесистая лучевая трубка, снабжавшая весь наш трап энергией, разлетелась на куски так же легко, как хлопушка на дне рождения. Да простят меня за аналогию, но когда острые осколки бифениленовой плёнки дождём обрушились всем на головы, моей первой и последней мыслью была именно такая глупость… Впрочем, мне, в отличие от других, даже повезло: несколько крупных кусков впились кому-то в плечи, и от криков тут же поднялся на уши весь персонал последнего пропускного пункта на пути к звёздам. Увы, насчитывал он всего одного человека – да и тот не успел бы спасти меня от неминуемого.
— О… только не это…
Жуткий треск искорёженного металла пробирал до мозга костей. Фрагмент трубки, настолько большой, что мог бы сойти за аэротрон на двадцать пассажиров, сорвался с потолка почти мгновенно. Упав, такая груда обломков наверняка оставила бы вмятину даже в бронированном корпусе лайнера. Жаль, что на его пути оказалась… лишь я.
Господи…
Слов больше не было. Музыка в наушниках – она и та перестала существовать. Мысленно я уже приготовилась к тому, что не увижу ни злополучного космического зоопарка, ни синих переливов долгожданного ноль-перехода… А потом…
— В сторону!
От неминуемого меня спас хороший такой удар в спину. Отлетев метра на два от зоны поражения, я рухнула на колени, отборно выругавшись. В ту же секунду сзади полыхнуло – да так, что следующий «полёт» прокатил меня по всему полу и больно впечатал в стойку сканера безопасности.
Сразу же стало не хватать воздуха… Не понимая, что происходит, я попыталась встать, но жгучая боль в груди оставила все надежды несбывшимися. Кашляя кровью – что само по себе могло напугать до отключки, я всё-таки нашла в себе силы, чтобы перевернуться на спину и расстегнуть кофту с блузкой.
Не помогло – я всё ещё задыхалась.
— Жива! Слава богу… Лежи спокойно, слышишь?
Это был он – невоспитанный и надоедливый незнакомец, с которым мне нужно было лететь в чёртов зоопарк на далёком Коскунте. Кажется, именно он толкнул меня вперёд, спасая от смерти. Что ж, было бы обидно его разочаровывать, но, кажется, я сегодня всё равно умру…
— Рана неглубокая, у нас и не такие лечили, — облегчённо вздохнул парень, но мне легче почему-то не стало. – Постой… на груди… У тебя…
Откашлявшись, я вдруг поняла, что лежу под ним почти раздетая – и из последних сил попыталась прикрыться.
— П-п-порядок. Это… от… от операции. На сердце. В детстве…
Он кивнул, велел мне не разговаривать и снова улыбнулся – но совсем не так как до этого.
А рядом всё полыхало и полыхало…
Служба безопасности, похоже, подняла на уши весь космопорт. Охранники, словно блёклые тени, сновали туда-сюда, помогая раненным и своими силами пытаясь локализовать возгорание. Тщетно – без помощи спец-пожарных справиться с такой напастью не смог бы даже тот, кто эти самые трубки конструировал. В отдалении от нас я слышала чей-то крик – и хотя он показался мне детским, я всё же надеялась, что ошиблась.
Грудь сдавило так, что перед глазами поплыли сверкающие круги. Пока незнакомец оглядывался, прося – нет, требуя! – мед-капсулу, я осмотрела его беглым взглядом и сама над собой посмеялась. Ещё пять минут назад я была готова его избить… Переживала из-за наследства… А теперь лежу на полу, истекая кровью. Не дойдя до своего лайнера каких-то пяти метров… С куском чего-то острого в груди.
А разве могло быть иначе?
От нервного смеха, который, вероятно, довёл бы моё состояние до предельной точки, меня спасли довольно быстро:
—Ты, главное, лежи смирно и не дёргайся, — произнёс незнакомец, всё ещё сохраняя удивительное для такой ситуации спокойствие, после чего на секунду задумался и добавил. – Меня Виктор Кросс зовут, если что.
— Анна Ченнинг… — ответила я, захлёбываясь кашлем. – Если что…
В этот же миг ускользающее сознание покинуло меня окончательно.
…
Ну что я могу сказать… Хорошенькое начало!
