Жизнь длиною в сон
— Я пришла поговорить. Хотела дождаться тебя с работы, но никак не думала, что ты явишься раньше.
Александр развёл руками.
— Я не для того оставлял тебе ключи, чтобы ты выпускала Пирра на улицу без присмотра.
— Он большой мальчик и знает дорогу домой.
— А ещё на улицах носятся машины. Надо думать, прежде чем делать.
— Вот вечно ты так… — раздражённо бросила гостья и направилась было в гостиную, но остановилась на полпути. – Я не для того к тебе заявилась, чтобы начинать разговор с пререканий…
— Так ты и не начинай. Просто не делай так больше.
— Саш! – громко воскликнула женщина, но на ругательства не перешла. Чем даже удивила саму себя. – Я ненадолго к тебе, не волнуйся.
— Да я что… я спокоен как удав.
Переобувшись в домашние тапочки, Александр первым прошёл на кухню и поставил перед дамой обитый велюром табурет. Та поначалу отказалась, но роскошь посидеть на чём-то мягком после двух часов пеших прогулок оказалась сильнее принципов.
Он не видел её, казалось, целую вечность. Сколько времени прошло с их последней встречи? Год? Полтора? Целая пропасть… А она до сих пор выглядела моложе своих лет, чем никогда не мог похвастаться он сам. Чуть вздёрнутый нос, завитые по последней моде волосы и слабые морщины у уголков губ – ну разве кто-то догадается, что он был моложе её на три года?
— Ты почему с работы так рано пришёл? Что-то стряслось?
А ведь этот любопытный взгляд когда-то ему даже нравился. А теперь и раздражения не вызывал.
— Причуды начальства. Может, чаю?
— Спасибо. Но я обойдусь, — она взглянула на Александра ещё раз и выдавила из себя лёгкую усмешку. – Дай угадаю: ты решил, что к тебе в квартиру забрались воры, и уже был готов применить свой любимый нож? Он у тебя до сих пор в ботинке спрятан, да?
Странно, но эти слова помогли разрядить обстановку. Собеседник даже разогрел чайник, несмотря на уговоры этого не делать. И, наконец, высыпав в миску последние остатки сухого угощения для Пирра, уселся за невысокий столик у окна. Из которого, надо сказать, открывался неплохой вид на пару ближайших дворов.
— Удручающее зрелище, не правда ли?
— Да обычное, — бросил мужчина, вслед за гостьей посмотрев в окно. – Что-то случилось?
— Случилось…
Мерный хруст пальцев никогда не говорил о чём-то хорошем. Словно собирая пазл, она подыскивала правильные слова, но не могла решить, с чего именно начать. Облака пара, порождённые чайником, уже давно покинули свою обитель и так кстати наполнили кухню теплом. С минуты на минуту оно грозилось перерасти в настоящую духоту – и тонкий треск настенных часов лишь подтвердил главную мысль мгновения: времени мало.
— У меня будет ребёнок.
Взгляд Александра остановился на одной точке. Странное чувство, когда-то давно похороненное, едва не подало признаки жизни глубоко внутри его сердца. Но времени и вправду прошло слишком много. И оно так и не вспыхнуло.
— Что ж. Я могу тебя только поздравить.
— Саш, послушай…
— Это ведь ваш третий, да?
— Да, но…
— Молодцы, — подытожил собеседник и покинул своё место, понимая, что чай долго ждать не будет. – Надеюсь, вы придумаете ему красивое имя.
Ответ, прозвучавший обыденно, не был наигранным. Но всё ещё оставаясь безучастным, Александр по-прежнему не замечал главного. И это начало нервировать его гостью.
— Да ты можешь хоть раз в жизни помолчать и выслушать! – не выдержала она и крикнула так, отчего испуганный пёс пулей вылетел в коридор.
— Ну вот, ни в чём не повинное создание напугала. А так хорошо начинали…
Женщина развела руками и прикусила губу. Придя в этот дом, она ждала чего угодно, но только не равнодушия. Его хозяин тем временем как ни в чём не бывало поставил перед гостьей большую кружку крепкого чёрного чая. Пышущий паром напиток вряд ли бы смог сгладить все шероховатости разговора. По крайней мере, так же хорошо, как бокал чего-нибудь горячительного. Но люди десятилетиями верили, что их пришелец из Китая или Индии, иной раз одетый на английский манер, способен уже после пары глотков если не тонизировать организм, то хотя бы успокаивать уставшие нервы. Что ж, должен признать: на деле этот трюк никогда не срабатывает.
— Я… не знаю, зачем я вообще к тебе пришла. Дура, хотела попросить совета. Какого-то понимания дождаться… Глупо, всё это очень глупо, — и, сделав пару глотков, она удивлённо хмыкнула. – Две ложки сахара. Всё ещё помнишь?
— У меня хорошая память. Была. Когда-то.
Улыбка гостьи скрасила тень нависшего непонимания. Кажется, на улице подул сильный ветер: в окнах противно загудело, и штора сильно отклонилась в сторону, отчего двум бывшим супругам стало ещё некомфортнее вместе.
— Так в чём проблема? Я слушаю. И постараюсь понять, если смогу.
Неловкая пауза затянулась снова. Кружке пришлось опустеть на две трети, прежде чем гостья наконец собралась с мыслями.
— Знаешь… я записалась к психотерапевту этим летом. Думала, он мне поможет, но… это не останавливается. И я уже боюсь возвращаться домой. Каждый вечер, когда иду с работы, мне больше всего на свете хочется заблудиться. И не прийти.
«Вот так новость», — подумал собеседник, удивлённо вздёрнув бровь.
— Я пила таблетки. По типу нейролептиков. Но стало только хуже. Не знаю, чем это вызвано, но…
Её голос дрожал. Слова давались с превеликим трудом, но гостья не хотела их сдерживать. Александр не знал этого, но он был если не первым, так точно вторым – после врачей – к кому его бывшая жена обратилась за советом. И за помощью, хоть и не могла пока в этом признаться.
— Ты говорила об этом с Глебом?
— Нет, — прозвучал ответ как само собой разумеющееся.
— Если дело серьёзное, почему ты не обратилась к мужу? Почему я?
Она помедлила с ответом. Последние оттенки чая исчезли из кружки, и только когда квартиру вновь начала наполнять прохлада, прозвучал ответ:
