…
«…и поэтому сегодняшним утром Кворум Фаэтона издал указ, согласно которому все частные орбитальные станции, просрочившие технический осмотр на пять и более месяцев, подлежат немедленному отключению и принудительной диагностике. Первый юдекс, Персиваль Сайенсс, лично передал все необходимые данные двадцати скрипторам исполнительного совета для последующего…»
…
По резкой и настоятельной просьбе Стефани я переключил на другой канал.
…
«…Маоэр вновь посетил с дипломатическим визитом столицу Европы. Разумеется, под Европой мы подразумеваем спутник пятой планеты от Солнца, а не серые территории Западной коалиции. По словам наших корреспондентов, в этот раз речь пойдёт не о гуманитарной помощи для жителей северных штатов, недавно задетых мощнейшим ураганом, а о проблемах продовольственного характера побережья. Как мы знаем, последний год выдался для океанов Европы особенно урожайным: стаи сельди и трески…»
…
Теперь уже канал переключил я.
…
«Индионополис причалил к берегам Меланизийской автономии. Тысячи жителей прибрежного портового городка вышли, чтобы поприветствовать своих кумиров. Прославленные на всю систему солисты «Льда и пламени» дадут пять концертов на территории континента, после чего отправятся в турне – и так до самых далёких и глухих мест тихоокеанского захолустья. Разумеется, мы говорим о Камчатской коалиции!.. А если вы тоже, как мы, недавно стали фанатами прославленной пары, предлагаем купить их новый альбом с…»
…
— Что, тоже бесит? – ехидно заметила подруга по несчастью, когда я вырубил галовизер и с удвоенной силой налёг на протеиновую пену.
— Дома всегда плохо.
— Согласна.
Неловкое молчание и чавканье явно не пошло нам на пользу… Закончив с едой, я решил порыться в сети на предмет наличия каких-нибудь новых заказов. Как и следовало ожидать, все мои попытки оказались тщетны: кроме объявлений о поиске ремонтных бригад для пары коммерческих станций ничего достойного внимания! И так уже целую неделю.
— Если так и дальше пойдёт, мне нечем будет платить вам зарплату…
— Будешь отдуваться натурой.
Шутка явно не удалась.
— А если серьёзно, уволь Карла. Мальчишка всё равно дурака валяет.
— Тут ты права… — мы со Стефи переглянулись. – Хотя навыки у него действительно есть.
— Как и сомнительное прошлое.
— Давай не будем начинать… Парень исправился.
— Бывших нариков не бывает, Ник, — полушёпотом произнесла собеседница, будто боясь, что нас могут подслушать. – Держи с ним ухо востро.
Я не стал комментировать, и на станции вновь повисло неловкое молчание – заспанное и нервное. Даже стали слышны едва слышимые потрескивания генератора в техническом модуле – а ведь их с такого расстояния услышать почти нереально!
Вскоре к нам вернулся «Метео». Бездушной машине были неведомы людские заботы. Робот собрал опустошённые тарелки и ловко промчался вдоль иллюминаторов, блеснув в свете нашей родной звезды. Солнце и вправду светило ярче обычного – как бы снова не настигла магнитная буря…
— А куда делся наш старичок Зан?
Стефани уже успела наполовину уснуть – и на мой вопрос отреагировала не сразу.
— Твой дядя сказал, что до завтра его не будет. Знаковая он фигура.
— Ещё бы, — усмехнулся я. – Ни один дурак не отважился бы забраться на высочайшую точку солнечной системы, да ещё забесплатно…
— Но он ведь был не один.
— Ага… спасибо, что напомнила. Два дурака. И вообще…
Однако продолжить я не успел, поскольку в следующие минуты по всей нашей станции прокатился настоящий конец света. И нет, я не об очередном взрыве Йеллоустонского супервулкана.
Карл вернулся…
А вместе с ним и его безумный музыкальный вкус – безумный даже по меркам его поколения.
Глупейшее поп-культурное этно, барабанные композиции Гавайских духовых оркестров, обработанные под стиль 28-ого века, а теперь…
— Это «Генри Форд»?
— Это «Генри Форд», — вторила мне Стефани, закрывая уши.
Техно-крафт – бездарнейшее музыкальное направление, мне это ещё в школе довелось осознать. Но на такой громкости…
— Я убью его, — вырвалось у меня, когда нерадивый подросток вылетел из коридора, сбив с колёс «Метео». Последнего даже стало немного жаль.
— Хелоу, ребята! Чего такие смурные?
Решив, что в порыве гнева наша Стефи может и руку ему сломать, я первым набросился на Карла, вырвал из его ладоней акустический стержень и отключил тошнотворную какофонию. Карл тут же приуныл.
— Да ладно, нормальная же песня! – попытался он вернуть стержень, но я ловко закинул его на верхний ярус галовизера, почти под потолок.
— Ты же лет пять назад наушники себе в уши вживил – чего не пользуешься?
— А ещё я купил себе тогда новый реактивный ранец… С тех пор даже на птиц боюсь смотреть! Ну, кроме страусов.
Парень вертелся, словно волчок – таким энергичным он бывал только после визитов на Землю к своей новой девчонке. Весело ему там, в отличие от нас… Поздоровавшись со Стефани эффектным взмахом ладони, он плюхнулся к кресло – и распластался в нём так вальяжно, словно мать родила котом, а не человеком.