Погодный патруль
И, чего я уж точно не ожидал, знакомая физиономия на поверку оказалась самым что ни на есть губернатором Нового Гибралтара!
— Кто из Вас Николас Ефремов?
Недолго думая, я поднял руку. Ей богу, как какой-то школьник на своём первом уроке…
— Рад познакомиться. Только я Николай, — я пожал мужчине руку, что очень не понравилось всей его свите. Однако сам губернатор не стал увиливать от знаков приличия. – А это мои помощники с «Мэри-7-К»: Карл старший техник Бредбери и квалифицированный климатолог Стефани Майерс.
— Николас или Николай – это как пожелаете, — бегло ответил губернатор и, видя тщетные попытки помощника выставить против бури допотопный зонт, отослал его обратно в салон. – Главное, что Вы – сын Говарда. Я хорошо знал Вашего отца, Николай. Иначе бы непременно обратился к частникам с «Амальгамы». Мы несём колоссальные убытки. Вопреки прогнозам буря не утихает. Если так пойдёт и дальше…
— …если так пойдёт и дальше, песком накроет города к северу, вплоть до Москвы, — вклинился в разговор представительный и наиболее богато одетый мужчина, сопровождавший губернатора. – И я уже не говорю об Амазонке, куда такие бури всегда уносит встречными ветрами…
Бьюсь об заклад, наш новый собеседник был учёным! Да не абы кем, а высокопоставленным! Наверняка прямо с Луны прилетел – может даже, из самого дворца Фламмариона.
Стефи задумалась:
— Но у вас же должны быть собственные стационарные генераторы, верно? Бури в пустыне – слишком частное явление, чтобы на них экономить.
— И технику, и сырьё мы уже полвека закупаем в Гренландии, — добавил один из сопровождавших, тут же представившись… надо же, министром культуры! – Но когда пошёл ледник, они перенесли предприятия на государственный плавающий город «Вайтленд». В общем, сами понимаете, она отказала.
— Три года назад, — саркастично заметил ему губернатор, будто сам министр культуры и был ответственен за сбои. – Вы должны помнить, её Ваш отец устанавливал.
— Ну да, конечно помню, — соврал я, едва не свалившись от порыва ветра.
Тем временем буря многократно усилилась. Вой, сначала показавшийся мне отголоском древних паровозных гудков, на поверку оказался рёвом мощнейших воздушных потоков, проносящихся над поверхностью дюн и полей. Частицы песка поднимало ввысь, словно те были невесомы. С другой стороны города, где с ним соседствовала плоская гипсово-солевая равнина (спасибо путеводителю), песчинки встречались с белыми и такими же мелкими кристаллами, отчего воздухом вокруг становилось дышать просто невыносимо…
— А Фаэтон? – поинтересовался я, попутно прикидывая, сможем ли мы в таких условиях установить технику так, чтобы она хотя бы правильно запустилась.
— Пока они соизволят заняться «такой ерундой», — губернатор многозначительно указал в небо, — тридцать миллионов человек умрут от голода. Мы не можем потерять урожай в самый сезон его сбора. Тут ещё и плавучий город сбился с пути и своими помехами забил весь эфир… Я уже молчу о том, что будет, если буря выведет из строя генератор системы «Бореал».
— Бореаль?
— Бореал! – ответил я Карлу, сделав вид, что тот не издевается, а попросту не образован. – Мы готовы попробовать, сэр. Что насчёт оплаты?
Увы, вначале нашим высокопоставленным заказчикам приспичило проверить оборудование на предмет наличия лицензии и отсутствия каких-либо серьёзных дефектов. Разумеется, процедура показалась бы формальностью лишь новичку. Я прекрасно понимал, сколь высок в наши дни риск шпионажа или контрабанды, тем более когда имеешь дело с такими ненадёжными с виду проходимцами, как мы. И всё же главный учёный дал добро довольно быстро – упустив из поля зрения и сроки годности нашего оборудования, и почти полную несовместимость некоторых его частей.
Связи и авторитет отца до сих пор помогали, будь они прокляты…
— Вот условия, — один из толстосумов передал мне мини-проектор, и мы ознакомились с офертой.
Пунктов оказалось не так уж много, так что нам даже не пришлось заходить на корабль: изучили прямо на месте. И если Стефани оплата не слишком обрадовала, лично я… ликовал. По крайней мере, спишу те долги, о которых не знает никто, кроме дяди.
Отдавая губернатору мини-проектор, я быстро авторизовался и подключил к нему свой, напрямую связанный с компьютером станции. К счастью, буря не отразилась на его работе.
— Мы всегда заключаем контракт до начала работы – вы же понимаете. Просто поставьте свой сенсорный датчик здесь, здесь и здесь…
Как и следовало ожидать, вместо губернатора договор заключил один из его спутников – министр иностранных дел Эдвин Нортингейл Третий. Проведя браслетом над голограммой, он привычным для любого дееспособного человека жестом запустил цепь незримых бюрократических процессов, и вскоре мы получили разрешение на работу. А вместе с ним и координаты четырёх буферных зоны со всей необходимой инфраструктурой.
Удивительно, но у многомиллионного города на поверку оказалось лишь несколько мест с электросетями необходимого напряжения!
— Тоже мне, тридцать первый век… — усмехнулся на это Карл. – Хоть эти ребята ушли. Работать под их присмотром было бы невыносимо.
Стефани тут же добавила:
— Им не зачем за нами следить – тут и так полно камер.
— Класс…
— Не любишь лишние внимание?
— Да нет, очень даже люблю. Просто я мизантроп.
«Ага, а ещё этот мизантроп знает поставщиков десятка запрещённых товаров по всей планете – и это в свои двадцать лет!» — подумал я, но не стал говорить таких вещей при Стефани. Хватает и того, что она знает о его увлечениях школьных времён.
Вернувшись на корабль, мы вновь запустили двигатели, чтобы переместиться в наиболее, как нам показалось, удобную точку для работы. Но… не тут-то было! Двигатель наотрез отказался слушаться, и судно, поначалу поднявшееся метров на десять, резко накренилось вправо…
— Твою ж…
Резкий скрежет оповестил о том, что мы во что-то врезались.
— Если так пойдёт дальше, нам придётся ставить генератор прямо тут, цепляясь за провода…
— Оставь свои шуточки при себе, Карл, — вновь не выдержала Стефани. – У нас теперь контракт, и если мы облажаемся…
— То они обратятся на «Амальгаму», а мне придётся искать другую работу. Делов-то!
